MovieScreen.info

8 апреля в прокат выходит фильм «Одна война», успевший собрать огромное количество призов на различных фестивалях – за последний месяц «копилка» картины пополнилась Гран-При на Софийском международном кинофестивале и «Белым квадратом» за лучшую операторскую работу. Продюсер фильма Наталья Иванова рассказала, существует ли формула фестивального успеха и насколько сегодня зрителями востребовано серьезное кино.

Наталья, фильм «Одна война» получил огромное количество призов на самых разных фестивалях, скажите, пожалуйста, можно ли назвать какую-то условную формулу фестивального успеха?
Я думаю, что формулу фестивального успеха вывести невозможно. Если бы она была, то все фильмы были бы в этом плане успешны. Естественно, когда режиссер делает фильм, то он надеется, что зрители увидят его работу, что картина получит награды на фестивалях и т.д. Но, по крайней мере, могу сказать, что я пытаюсь иногда сформулировать для себя эту формулу. Картина делается большим количеством людей, и поэтому успех зависит от каждого из них, от их удач – актёрских, режиссерских, операторских и так далее. Самое главное – фильм может получиться, если его делают талантливые люди. Это первое. Второе – важно, чтобы люди, которые работают над фильмом, были заражены им. У нас на картине работали с душой, все прониклись, зажглись идеей. Все это на плёнку передается, и дальше идет в зрительный зал.

У картины есть много наград из других стран. Какова разница в восприятии фильма в России и за рубежом?
Разницы практически не чувствуется. В основном, реакция одна: долго аплодируют. Но в разных странах отношение к истории, культуре свое, поэтому после показа зрителей, например, во Франции, где был наш премьерный показ, интересовало одно, а в России задавали совсем другие вопросы. А если говорить о профессиональном сообществе, то я считаю, что призы, полученные за границей, более честными, потому что нас там никто не знает. В этом году, на фестивале в Онфлёре, председатель жюри сказал такую вещь: «Судить будем строго, независимо от того, кто режиссер, какие у него регалии, и есть ли он на фестивале». Но они так и судили. Плакали вместе с залом и поставили свои высшие оценки.

8 апреля фильм «Одна война» выходит в прокат. Можно ли уже прогнозировать успех, или это какой-то преждевременный разговор?
Мы не первый день работаем в этой области, живём на этой земле, поэтому что-то прогнозировать несколько преждевременно. Я думаю, эти 75 копий, с которыми мы выходим в прокат, для нас – самое оптимальное количество. Хотя я все равно считаю, что наш фильм рассчитан на широкий круг зрителя. Мы проводили своего рода фокус-показы, например, в Ульяновске для старших школьников. От нашей группы был актёр Миша Хмуров. Он очень волновался, и мы его всячески напутствовали, объясняли, что дети тоже зрители. Когда он вернулся, то был в лёгком потрясении от того, что ребята как сели, так полностью посмотрели весь фильм до конца. После фильма школьники окружили его и стали расспрашивать, что это за женщины, где были эти оккупированные территории. Они для себя открыли новую страницу в истории войны.


Вы считаете, современным зрителем будет востребовано серьезное кино?
Конечно. По-моему, когда говорят, что современные люди не интересуются серьезными вещами, это глупость. Однажды я совершенно случайно попала в магазин «Умная книга» на Покровке. В нём было полно народа, люди выбирали, покупали книги. Хотя сейчас у нас в стране книга – не дешёвое удовольствие, даже в издательстве нужно заплатить тысячу рублей, что не доступно любому человеку. Однако, в этом магазине люди спрашивали о новинках, заказывали их. Люди нуждаются в умном кино, умных книгах.


Вы уже делаете вторую картину вместе с Верой Глаголевой. Все знает её как актрису, но до фильма «Одна война» у многих были сомнения: хороший ли она режиссер. Сейчас сомнения отпали. Ощущаете ли вы динамику творческого роста? Насколько она избирательна в материале?
Думаю, многим фильм «Одна война» показал, как Вера выросла, в режиссерском осмыслении. Динамика заметна. В общем, это естественный процесс, что человек от фильма к фильму растет все больше. Что касается тематической составляющей, то Вера очень грамотно выбирает материал. Будем стараться двигаться в том же направлении, сейчас мы думаем над новым фильмом. С одной стороны, мне просто работать с Верой, мы с ней легко находим общий язык и взаимопонимание, но с другой, бывает трудно – в процессе работы случаются всякие моменты, и особенно сложно разрешать их с друзьями. Также как и в семье. Мы ругаемся, но все равно вместе идём дальше. Кстати, именно Вера в свое время уговорила меня заняться игровым кино. До этого я работала в области документальных фильмов. Когда мы делали свой первый проект «Заказ», то, конечно, много не знали, ошибались. Каждая новая моя картина – для меня экзамен. На «Одной войне» я боролась за сценарий, мне хотелось, чтобы мы сняли именно его. Моя продюсерская задача была обеспечить Веру сценарием и творческой группой, которая осуществила бы конечную задачу. Практически со всеми членами группы мы работали впервые, и это действительно счастье, что все настолько сложилось, во многом благодаря Вере и её характеру.

Открыты ли вы для работы с другими режиссёрами? Например, с дебютантами?
Да, мне нравится новое мышление, нестандартные решения. Кстати, я уже работала с дебютантом, Ильей Шиловский. Фильм «Нас не догонишь» получился, это жанровое кино, к тому же, что нечасто бывает с дебютами, состоялся в прокате. Для Ильи наша картина – визитная карточка.



Как вы думаете, зависит ли конечный результат, то есть, каким получится фильм, от отсутствия или присутствия гос.поддержки?
Для меня господдержка – это возможность реализовать то, что ты хочешь. И неважно - частные это деньги или государственные – это значения не имеет. Мы не тратим деньги на ветер, просчитываем каждую копейку, откуда бы она ни была. Фильм «Одна война», пройдя два тендера, не получила господдержки на съемки. В итоге, нам выделили какую-то сумму после определенных разговоров на постпродакшн. Вот такая история. Но и за это большое спасибо. Мы с государством пообщались на таком уровне, и каждый вынес для себя удовольствие.


Нововведенная система распределения финансирования через Фонд социальной и экономической поддержки, сможет дать новый толчок развития российскому кино?
Новая модель финансирования, которую нам предлагает государство, это не толчок вперёд, а стояние на месте, о чём они в открытую говорят – «посмотрим, что будет через два года». Если это даст какие-то хорошие результаты, то почему нет? Появятся хорошие фильмы, которые будут окупаться, но вот это звучит как сказка, почему-то я в это мало верю.


Как вы оцениваете современное состояние российского кино?
Ничего такого трагичного не происходит. Появилось жанровое кино – «Юленька», например, снимают удачные комедии, есть кассовые картины, социальные фильмы, арт-хаус. В кино работают именитые режиссеры. Все не так плохо, как кажется. Правильно, что государство решило взять на вооружение западную систему – Министерство культуры будет финансировать дебюты и арт-хаус, но по пять фильмов в каждой категории слишком мало. Вообще я считаю, что нужно делать ставку на копродукцию. В этом государство могло бы оказать неоценимую поддержку практически всем студиям, которые хотели бы этим заниматься. Об этом часто говорят, но не договаривают до сути. Сегодня для независимых продюсеров, как мы, это было бы выходом, но совместным проектам необходима поддержка государства. У меня три года ведется переписка насчет одного интересного проекта, который мы делаем с Латвией. Латвия – маленькая европейская страна, которая вчера стала Европой, потратила 2, 3 миллиона долларов на производство (вдумайтесь в эту цифру), у них это единственный масштабный проект, от России требуется дать деньги только на завершение – 250 тысяч долларов. Этим фильмом интересуется уже Каннский фестиваль, Венеция. Там играют наши актёры – Серебряков, Рапоппорт, Лена Морозова и так далее, режиссер Евгений Пашкевич, арт-хаус, сделанный по рассказу Анатоля Франса. Мы не можем три года пробить финансирование на 250 000. Я считаю, это стыдно. О каком совместном производстве может идти речь? Латвийская сторона собирается подготовить официальную бумагу Авдееву, учитывая при этом, что две недели назад между министром культуры Латвии и Авдеевым был заключен договор о совместном сотрудничестве. И тишина. Если мы начнём заниматься копродукцией, появятся другие совместные фильмы. Такие маленькие шаги нужно делать. Это не такие уж большие деньги.


Какими критериями вы руководствуетесь, когда выбираете материал для будущих фильмов?
Поскольку я всё-таки живу в обществе, то мне интересна социальная направленность. Грубо говоря, ответ на реалии сегодняшнего дня в каждом сценарии, который я читаю, для меня принципиален. Если я прочту замечательную историю из далёкого прошлого, но не имеющую отношения к сегодняшнему дню, то я, скорее всего, её просто прочитаю. Жизнь коротка. Каждой картиной хочется что-то сказать, чтобы это было твоим авторским шагом. Иногда что-то получается, иногда нет. И ещё, сценарий должен быть талантливо написан, я должна жить идеей, быть уверена, что фильм мы делаем не зря.


Каковы будущие планы у компании «Хорошо продакшн»?
У нас много планов, перечислю лишь некоторые из них. У нас есть первый драфт-сценарий лирической комедии, написанной в духе грузинских короткометражек, о жизни двух сёл – грузинского и осетинского. Сценарий называется «Телитоли», его пишет осетинский драматург Владимир Гуснов. Мне очень хочется сделать эту работу. Возможно, я не права, но мое продюсерское чутье подсказывает, что картина вызовет интерес. У нас есть проект «Я её найду» сценариста Марии Сасиной, которая работала над «Одной войной». Проект на стадии международного маркетинга, им уже заинтересовались телевизионные компании Италии, Германии, наш, российский Первый канал. Эта история основана на реальных событиях: сын, разлученный с матерью войной, ищет её в течение сорока лет. Сейчас нам нужно собрать все детали этого паззла. Надеемся, что это будет игровой фильм и четырёхсерийный минисериа. В завершении у нас сейчас документальный фильм Евгения Цымбала – «Письма из сожженного гетто». Мы нашли героиню, Тамару Ростовскую, которая девочкой писала дневники в гетто. Они были закопаны в подвалах, когда немцы уходили, гетто сожгли, спустя время Тамара с братом их раскопала и вывезла в Израиль, в советские времена. К сожалению, мы не успели снять картину к 9 мая, но надеемся, что в год 65-летия Победы мы её выпустим.